«Стена дронов», развернутая вдоль линии фронта, существенно увеличила потери российской армии в ходе пятого года боевых действий.
По оценкам аналитиков, в 2026 году российские войска в среднем теряют примерно 9 000 человек в месяц — около 300 человек в сутки — если учитывать только погибших.
Рекордные месячные потери наблюдались в августе и декабре предыдущего года — более 12 000 человек в месяц. По сравнению с началом 2024 года количество погибших на фронте удвоилось: тогда оно составляло около 4 000 человек в месяц.
Суммарные потери, включая раненых, по оценкам исследовательских источников к началу 2026 года достигали порядка 1,198 млн человек. В числе погибших аналитики называют до ≈325 тыс. человек — сопоставимо с населением таких городов, как Смоленск, Белгород или Чита.
За четыре года войны численность погибших в российской армии превышает потери советских войск в Афганистане примерно в 17 раз, потери во время обеих Чеченских кампаний — в 11 раз, а суммарные потери после 1945 года в нескольких конфликтах — в примерно 5 раз.
Несмотря на огромные людские потери, территориальные приобретения оказались незначительными: за два последних года зона, находящаяся под контролем, увеличилась лишь на ≈8,4 тыс. км² — около 0,6% территории в 2024 году и ещё 0,8% в 2025 году.
В 2026 году ситуация изменилась: армия впервые за несколько лет стала фиксированно терять контролируемые площади — примерно 116 км² в апреле и 281,1 км² в мае, по оценкам профильных наблюдателей.
При всей стагнации фронта, ухудшении экономической ситуации и падении рейтингов руководства планы по продолжению боевых действий остаются в силе. По сообщениям информированных источников, у высшего руководства сохраняются намерения до конца года установить полный контроль над Донбассом, а также сохраняются более широкие территориальные амбиции.
Среди заявленных военных целей называются также Херсонская и Запорожская области, при этом для руководства они не имеют того же «символического» значения, что Крым и Донбасс. Военные представили прогнозы о возможности расширения контроля к осени, хотя реализация таких планов остаётся под вопросом.
Вывод: масштабные человеческие потери и ограниченные территориальные успехи создают по‑прежнему риск дальнейшей эскалации и высокой нагрузки на общество и экономику.
